АВИАКАТАСТРОФА НАД ГЕРМАНИЕЙ

РОДСТВЕННИКИ ПОГИБШИХ ПАССАЖИРОВ ПОБЫВАЛИ НА МЕСТЕ ПАДЕНИЯ САМОЛЕТА

Уфа, 5 июля, "Башинформ", Людмила Петровская.

   Беда всегда застает врасплох. Никто из родителей школьников, родственников, сопровождавших их взрослых и членов экипажа борта 85816 не мог предположить, что видит своих родных и близких в последний раз. Впереди было солнце, лето, ласковое испанское море... Сказать, что 2 июля при получении страшной вести наступил шок, - не сказать ничего. Республика потеряла 45 детей и 15 взрослых (четверых сопровождающих и 11 членов экипажа). Вместе с присоединившимися к ним в Москве пассажирами в ночном небе Германии в самолете ТУ-154М нашли смерть 69 человек. Осознание всего ужаса произошедшего наступало постепенно. Раздавленные горем родители вряд ли были способны к продуманным действиям. Им на помощь пришло правительство республики.

   Именно здесь был организован экстренный штаб, начала работу государственная комиссия. Уточнялись списки пассажиров, раскалялись телефоны "горячей линии", открытые и в Кабинете Министров РБ, в МЧС РБ, в аэропортах "Уфа" и "Домодедово". Туда стекались родственники погибших, там получали всю новую и такую им необходимую информацию. В штабе дежурили врачи и психологи, было организовано питание. Комиссия под руководством Премьер-министра РБ Рафаэля Байдавлетова постановила - помочь семьям вылететь на место трагедии в Германию. Были привлечены самые квалифицированные специалисты для оформления заграничных паспортов и других документов на выезд, подняты на ноги посольства, консульства, множество других спецслужб и органы власти обоих государств. Работа шла практически круглосуточно. Уже через день все организационные вопросы были улажены. На утро четвертого июля было получено разрешение на открытие воздушного коридора для самолета компании "Башкирские авиалинии" по маршруту Уфа-Фридрихсхафен.

   6.00. Международный аэропорт "Уфа". Ко входу одна за другой подъезжают машины, вскоре приходят автобусы с родственниками погибших пассажиров. У многих в руках цветы. В фойе аэропорта выдаются авиабилеты и загранпаспорта. Отмечу, что все расходы по поездке взяло на себя правительство республики. Суетятся телевизионщики, лезут со своими мохнатыми микрофонами к плачущим женщинам. В такие минуты стыдно за коллег - к сожалению, горе не дает защиты от тех, кого не напрасно иногда называют журналюгами. То там, то здесь всхлипывают убитые свалившимся несчастьем матери. Группа проходит таможенный контроль, располагается в зале ожидания. Люди стараются не смотреть друг на друга, каждая семья погружена в свою беду.

   8.00. Объявляется посадка на рейс. Под прищуром доброго десятка телеобъективов, для которых чужое горе - всего лишь рабочий материал, родственники идут к самолету. У нескольких женщин отказывают ноги, их ведут под руки. Салон занят почти полностью - 139 человек. Руководитель делегации - первый заместитель Премьер-министра РБ Николай Сигаков. Ему помогает министр ГО И ЧС РБ Марат Магадеев.

   Через 20 минут ТУ-154М разбегается и набирает высоту. Не каждый рейс начинается словами: "Уважаемые пассажиры, компания "Башкирские авиалинии" приносит вам глубокие соболезнования..." В салоне находится бригада врачей из уфимской поликлиники ь1 и группа психотерапевтов Республиканского психдиспансера. Они постоянно обходят пассажиров, меряют давление, дают успокоительное. Нескольким особо эмоциональным пассажирам эта помощь просто необходима. Через пару часов в воздухе ощутимо пахнет лекарствами, врачи не садятся ни на минуту. Но время в полете - а лететь нам до Фридрихсхафена 4 часа 20 минут - дает скорбящим родным и близким возможность собраться с духом. Сегодня им предстоит один из самых тяжелых дней в жизни, и надо набраться терпения и мужества.

   Каждый переживает горе по-своему. Вот чья-то мать обняла себя руками, качается из стороны в сторону в такт своим печальным мыслям. Сосед справа, потерявший сына, сидит неподвижно и смотрит в одну точку, только желваки на скулах играют. Слева мужчина достает фотографии своей семьи - у него в ту страшную ночь погибли трое: жена и погодки сын и дочь. "Доченька моя скромная была. В физматклассе училась, все старалась четверки и пятерки приносить, за тройки переживала. Это в мае снимок сделан, всем классом в конце учебного года, - все гладит и гладит дрожащим пальцем такое любимое и родное лицо.- А это сынок мой, когда в первый класс пошел. Такой веселый был мальчишка... Тут они вместе в детском садике. В разные группы ходили, а мы попросили их сфотографировать рядом. А вот мы семьей на море. А это - на празднике цветов...". На меня смотрят улыбающиеся, такие счастливые лица. И их больше нет... Он молодец, держится, но не выдерживаю я - рыдания уже прорываются бурным потоком. Сколько боли, сколько...

   12.30. Мы приземляемся в аэропорту Фридрихсхафен, что в одной из южных земель ФРГ - Баден-Вюртемберг. Аэровокзала здесь нет, для приема скорбящих пассажиров в огромном ангаре поставлены столы и скамейки. В Германии полдевятого утра, прохладно. Нас встречают посол РФ в Германии Сергей Крылов, представитель Башкортостана в Вене Вадим Плетнев, руководитель Администрации Президента РБ Ильдар Гимаев и заместитель Премьер-министра РБ Рамиль Мирсаев, другие официальные лица, в том числе представители местных властей . Все они находятся здесь с первого дня катастрофы. Нас, очевидно, ждали - дежурят несколько машин германского "Красного креста", для прибывших приготовлен горячий завтрак, даже таблички написаны по-русски. По залу ходит православный священнослужитель, он охотно беседует с обращающимися к нему родителями и родственниками жертв катастрофы. Отец Олег рассказал, что 2 и 3 июля, а также сегодня, 4 июля, в православных церквях Германии состоялись поминальные службы. "Местные люди открыты чужому горю и воспринимают вашу беду как свою собственную", - сказал он.

   Посол РФ в Германии Сергей Крылов сообщает о ходе розыскных работ. Они не прекращаются ни на минуту. Привлечено более 800 полицейских и 500 добровольцев. В радиусе 30 километров прочесывается буквально каждый сантиметр. Все, что нашлось и находится, обязательно отправляется в полицию. Немецкие криминалисты занимаются установлением личностей погибших. Но вся процедура займет еще несколько дней. Тела будут выданы башкирской стороне вместе со свидетельствами о смерти.

   ... Люди рассаживаются по автобусам и отправляются в городок Юберлинген, вблизи которого и произошло падение основных частей самолета. До него от аэропорта Фридрихсхафен 35 километров. Во время движения Ильдар Гимаев дает более подробную информацию. Он успел побывать на месте катастрофы, участвовал в заседаниях государственной комиссии, общался с местными органами власти. "Немцы приняли самые оперативные меры по спасению пассажиров, а когда стало ясно, что живых нет, - то по поиску тел. Будьте уверены, что здесь делается все возможное и даже невозможное, чтобы работы закончить в максимально короткие сроки. Работают несколько сотен полицейских, пожарные, медики, русскоговорящие психологи (каких найти в небольшом городке совсем непросто), масса добровольцев. Когда в Юберлинген приехала российская комиссия, разместить ее пришлось на квартирах, и каждый житель предлагал помощь.

   Немецкие специалисты подходят к работам с необыкновенной педантичностью. Каждый найденный фрагмент тела, документ, игрушку, фотографию, любую другую вещь помещают в отдельный мешок, нумеруют. Работают самые опытные эксперты, причем круглосуточно. Привлечено шесть врачей судмедэкспертизы и 27 экспертов разных направлений. Самыми точными для идентификации тел являются три параметра - отпечатки пальцев, слепки (или формулы) зубов, анализ ДНК крови. Информация о зубах дает наиболее быстрый результат.

   Ильдар Гимаев предостерег от поспешных выводов и домыслов о причинах аварии и о персонах, виновных в трагедии. В средствах массовой информации муссируется множество версий. Но пока не завершит работу комиссия, никаких преждевременных заключений делать не надо, подчеркнул он.

   Многие родители интересуются - как погибли их дети, не мучились ли они. "Нет, - пытаются успокоить их члены комиссии. - Дети ушли от нас мгновенно. Время было позднее, они, скорее всего, спали. Даже если и не спали, то все равно не успели ничего понять и испугаться. Все произошло настолько быстро, что им не было больно". Часть россиян хочет немедленно увидеть останки в надежде опознать в них родного человека. Им отвечают корректным, но твердым отказом. Пока все идентификационные работы не завершатся и эксперты не будут стопроцентно уверены, что это останки именно вашего ребенка, мужа или жены, брата, сестры, - тела останутся в полиции. На родину они будут отправлены в цинковых гробах, за это отвечает немецкая сторона. Транспортировкой печального груза займется авиакомпания "БАЛ". В России уже можно будет, при желании, вскрыть гробы и убедиться, что это именно родное вам тело. Но, как считают немецкие криминалисты, делать этого не следует. Многие тела настолько повреждены, что их вид может отрицательно повлиять на и без того пострадавшую в стрессе психику.

   15.00. За этими грустными, но волнующими родственников разговорами мы подъезжаем к колледжу города Юберлинген. Автобусам с траурными лентами открыта "зеленая улица", их сопровождают машины полиции, реанимации, над колонной кружит вертолет. В актовом зале колледжа запланировано небольшое собрание. Здесь звучит траурная музыка, государственные флаги Германии, России и земли Баден-Вюртемберг убраны черными лентами.

   Несколько представителей федеральной и местной властей Германии обращаются к родственникам. "Вы приехали к нам с великим страданием в сердце. От имени нашего правительства, всего немецкого народа выражаем вам участие и соболезнование. Невозможно выразить словами, что мы чувствуем в эти дни. Мы можем только страдать вместе в вами. Мы будем делать все возможное, чтобы хоть как-то облегчить ваше горе, искать причины случившейся катастрофы,- говорили они.- Вся земля Баден-Вюртемберг, не говоря уже о жителях городка Юберлинген, находятся в глубоком трауре. Мы не можем забрать вашу боль, но можем разделить ее с вами".

   Выступает и руководитель башкирской делегации. "Когда мы получили страшную весть, вся республика была потрясена, - сказал Николай Сигаков. - Случившееся не укладывается в голове, а сердце готово лопнуть от горя. Мы своевременно приняли все необходимые меры. Но детей наших, мужей, жен не вернуть. Здесь лекарство одно - время. Сейчас не время искать виновных. Прошу одного - держаться".

   Прибывшим на немецкую землю россиянам сообщаются последние данные. Основные части рухнувших лайнеров находятся в полосе шириной 1 километр и длиной 15 километров. Обломки упали на поселок, нанесли заметный ущерб домам. Некоторые строения повреждены пожаром. Как говорится в немецкой пословице, есть счастье в несчастии - в городке ни одной жертвы, даже раненых. Удивительным образом не произошло разлива топлива на лежащее в пределах видимости озеро Бодензее - это один из лучших и живописнейших курортов Германии, находящихся на границе с Австрией и Швейцарией. В противном случае экологическая катастрофа поставила бы под угрозу деятельность курорта на длительное время. Хотя крупные части самолета лежат прямо под высоковольтной линией электропередач, ни одного провода повреждено не было.

   И самое главное - чего так ждут уставшие от долгой тревоги родители. Найдено 67 тел, из них два - пилоты Боинга-757. Осталось еще четыре. Поиски не прекращаются ни на минуту. Теперь стоит не менее важная задача - индентифицировать останки. Для этого необходима помощь приехавших родственников - предоставленная ими информация очень поможет экспертам.

   Все родственники делятся на две группы. После обеда одна из них выезжает на место катастрофы, вторая в это время общается с криминалистами. Им помогают переводчики, многие из них добровольцы, преподаватели русского языка в школах и колледжах, приехавшие из России этнические немцы. Каждой семье выделяется один инспектор - он записывает особые приметы: родинки, шрамы, украшения и прочее. Перечисляется, какие вещи могли быть на погибших, что они имели при себе из багажа. Многие родственники привезли медицинские карты, что тоже поможет ходу дела. В нужных случаях берется анализ ДНК родителей. Родители с пониманием относятся к этой нелегкой, но необходимой процедуре. Сквозь слезы рассказывают они о своих любимых и родных людях.

   16.30. Автобус выезжает за пределы Юберлингена и направляется в сторону крохотной деревушки Оберриед, где и упали обломки ТУ-154. В салоне повисла гнетущая тишина. Все ждут страшного и неизбежного. Вдруг - то ли всхлип, то ли стон. Это показалась вдали хвостовая часть разбившегося лайнера. Все оцеплено полицией. Журналисты, каких здесь скопилось несколько десятков со всех концов света, не допускаются ближе полукилометра. Обломки лайнера лежат вблизи дороги, на мирно колышущемся солнечном ржаном поле. От удара, видимо, часть хвоста отвалилась по линии склепки, и этот многотонный кусок отлетел на несколько десятков метров. По полю разбросаны обугленные куски металла и труб, проводов, обшивки. Появляется ощущение дурного сна. Этого не может быть на самом деле, это не мы, и не наш самолет, и не здесь погибли наши дети... Родственники медленно идут обреченной, траурной колонной. Их общий, набирающий силу плач превращается в раздирающий душу крик.

   - Деточка моя! - кидается , раскинув руки, несчастная мать на помятую от удара, покореженную турбину. - Деточка... Кровиночка...Что же с тобой стало, как же мне жить без тебя теперь? Да за что же они забрали тебя от меня? В чем же ты провинилась?... Слова тонут в рыданьях, и вынести этого горя уже нет никаких сил. Плачут все. Это даже не плач - душераздирающий общий вопль, обращенный к небесам. Плачут родители, обнявшись и ища опоры друг в друге, рыдают сильные мужчины, падают на колени и тянут руки к раскореженному и обожженному нутру самолета женщины. Дрожат губы у немецких полицейских и спасателей, которые тоже не могут сдержать слез, хоть и не понимают русскую речь. Боже мой, какое сердце надо иметь, чтобы выдержать такие душевные муки.

   - Игорек! Игорек! Игореша...- ходит вокруг груды металлолома и напрасно зовет сына почерневшая от горя женщина.- Где жы ты, где? Мальчик мой, сынок, сыночек, сыночка...Что же от тебя осталось, Игоречек мой...

   - Что же ты, кормилец, нас покинул?- растерянно бормочет жена погибшего члена экипажа. Сынка выучить надо, дочь к поступлению готовится. Как я теперь одна?..

   На обожженный металл ложатся цветы. Кто-то принес с собой игрушки, и яркие смешные зверушки нелепо выглядят в этом хаосе. Понемногу наступает оцепенение. К чему слова, все ясно. Вот оно, самое страшное уже случилось. И видно, как это было, и ничего уже изменить нельзя. У многих были тайные надежды - что когда они прибудут на место, все окажется не так, как представлялось из далекой России. Ужасные кадры трагедии, транслируемые по всем каналам, окажутся просто картинкой. Теперь неумолимая реальность расставила все на свои места. Наступает тихая и глубокая скорбь. Возлагаются венки - от имени родителей, от правительства земли Баден-Вюртемберг, от руководства Башкортостана...

   Здесь же совершается мусульманский поминальный молебен, после него проходит православная служба. Многие берут с собой землю в кулечки, другие подбирают куски металла, щедро раскиданные по баден-вюртембергской земле роковым случаем. Кто-то собирает колосья ржи, которые, возможно, видели, как летели по небу три пылающих шара...У меня под ногами оказывается оплавленный кусок металла, так похожий на слезу. Плакал самолет, плакало небо...

   Так уж устроен человек: острота самых тяжелых переживаний имеет предел. Увидев обломки, многие почувствовали облегчение. Только ради этого стоило организовать эту поездку. Не менее важно было почувствовать, что мы не наедине со своим горем. Говорят - друзья познаются в беде. Немецкая сторона настолько близко приняла к сердцу наше несчастье, что мы почувствовали себя родными. Как только стало известно об аварии, десятки людей стали звонить в полицейские и спасательные службы, в местные администрации, в "Красный крест" и предлагать свою помощь. Например, сотрудница отдела маркетинговых исследований авиакомпании "Люфтганза" Ангелика Грюндель, живущая в Берлине, в тот же день выехала по своему желанию вместе с подругой в Юберлинген. Она неплохо знает русский язык и оказывала большую помощь при общении родственников потерпевших с криминалистами-экспертами. Две пожилые сестры - Эмма и Марта Ригер. Они обе уроженки Одессы, но уже много лет живут в Германии, в Баден-Вюртемберге. Студент-медик Георг Райтер собрал у себя на дому почти полсотни русскоговорящих добровольцев. И таких примеров десятки.

   Надо учиться так организовывать дело. Они тактично и корректно, с немецкой аккуратностью, без всякой суеты и шума, делали все необходимое, предусмотрели тысячи мелочей. Например, мешочки для сбора земли с места трагедии, поминальные свечи, раскладные стулья возле обломков самолета, даже зонтики для каждого пассажира на случай дождя. Позже их и другие сувениры дарили на печальную память о земле Баден-Вюртемберг. Городская оранжерея Юберлингена прислала венки и цветы - причем у роз не забыли удалить шипы... Предусмотрели все, чтобы никоим образом не задеть наши чувства. Все было достойно и по-человечески.

   20.30. Мы возвращаемся в Юберлинген. Самое тяжелое уже позади. В колледже небольшое собрание. В течение дня найдено еще одно тело. Осталось еще три.

   "Мы стараемся делать свою работу максимально быстро, - говорит представитель власти баден-вюртембергской земли. - Теперь, когда мы получили от вас много очень ценной информации, идентификация пойдет гораздо быстрее. Спасибо вам, что вы нашли в себе силы пройти это нелегкое испытание. Мы не заставим вас долго ждать".

   Выражает соболезнование семьям пострадавших в катастрофе и генеральный консул России в Бонне Сергей Нечаев.

   От имени родителей немецкие власти и их помощников благодарит отец погибшей Альбины Марат Газизов. Его поддерживает Юнер Валеев, папа 15-летнего Венера. "Мы будем приезжать сюда каждый год, в черный для нас день 2 июля, -сказал он.- Давайте почтим память о наших детях и других погибших минутой молчания".

   Пять минут тишины вот уже три дня дарят улетевшим в небо душам россиян местные школьники. Ежедневно они по собственной инициативе вместе с учителями приходят в местную церковь, чтобы отслужить поминальный молебен. Преподаватели русского языка местных школ и колледжей обратились к родителям погибших детей с просьбой выслать фотографии школьников. Они хотят оформить общий стенд, а позже поставить памятник, который окружат цветами. "Приезжайте к нам, мы всегда найдем место не только для проживания, но и в наших сердцах", - говорят они.

   22.00. Подходит к концу этот бесконечно тяжелый день. Автобусы плавно разворачиваются и направляются в аэропорт Фридрихсхафен. Там стоит уже готовый вернуться в Уфу самолет. Трудно найти слова утешения. Что бы мы ни делали, нечем нам заглушить боль утраты. Так давайте запомним наших близких такими, какими мы их знали еще три дня назад.

   Уфа - Юберлинген - Уфа.


при перепечатке или цитировании (полном или частичном) ссылка на ГИА РБ "Башинформ" обязательна.